Вселенские Соборы История Византии

 

Вселенские Соборы 

История Византии. Беседа 6-я

Павел Кузенков

Как и для чего созывается Вселенский Собор, какие вопросы решает? Почему Православная Церковь Вселенскими считает только семь Соборов IV–VIII веков? По каким признакам определяется, что тот или иной Собор – Вселенский? Может ли быть созван «Восьмой Вселенский Собор»? Рассказывает историк Павел Кузенков.

Здравствуйте, дорогие читатели и зрители портала «Православие.ру». Тема сегодняшней нашей встречи – Вселенские Соборы. Мы поговорим о том, что собственно такое Вселенский Собор, как он появился, какая идея стояла за этим учреждением, какую роль он играл в истории древней Церкви.

Собор Поместный и Собор Вселенский

В. Суриков В. Суриков "Первый Вселенский Собор". Эскиз к росписи Храма Христа Спасителя (1876 г.)
Соборный принцип устроения Церкви – один из древнейших, он восходит к апостольским временам. Мы знаем, что уже во времена апостолов в Иерусалиме проводился собор, на котором апостолы обсуждали важнейшие задачи, стоящие перед ними, решали наиболее трудные вопросы.

Соборный принцип лежит в основе устроения всех Поместных Церквей. И уже в IV веке соборы считались давней традицией, каждая Поместная Церковь регулярно проводила соборы, на которых председательствовали наиболее авторитетные старшие епископы. Как правило, это были епископы крупнейших городов тех областей, которые входили в юрисдикцию Поместной Церкви. В соборах принимали участие епископы. Если на уровне епископской власти епископ оказывался полным и абсолютным главой, обладавшим всей полнотой власти в Церкви, то на соборе власть уже была коллегиальная, и предстоятель собора – а, как правило, это был митрополит – уже был первым среди равных и ничего не мог решать без согласия других епископов, но и они ничего не могли предпринимать в рамках именно этой ступени церковного управления без его ведома.

Митрополит созывал Поместные соборы, проводил их, и именно на него была возложена обязанность следить за тем, как выполняются решения соборов. Также на соборах избирали архиереев на овдовевшие церковные престолы.

Этот уровень соборов – собор Поместной Церкви – сохраняется и в нашей Русской Православной Церкви как Архиерейский собор и является важнейшим элементом церковного управления.

Вселенский Собор – институт совершенно другого рода.

Сама идея созыва Вселенского Собора возникла при весьма драматических обстоятельствах. В начале IV века, как мы помним, император Константин обратился в христианство и принял на себя попечение о единстве Церкви. Конечно, будучи императором, он, прежде всего, следил за единством государства и очень много сделал для того, чтобы восстановить распавшуюся на части Римскую империю. Когда он наконец объединил ее и в 324 году прибыл на Восток, соединив его с Западом и создав единую Римскую империю, единое большое государство, он обнаружил, что в церковных делах Востока царит смятение, что Церковь находится в разделении. И для того, чтобы примирить достаточно бескомпромиссно настроенные церковные группировки, он созывает особое совещание, которое впоследствии будет названо Вселенским Собором – Σύνοδοι Οικουμενικαί. Это собрание охватывает всю вселенную, ибо Римская империя претендовала именно на это – объединять в себе все земли обитаемого мира.

В 325 году к торжествам, приуроченным к 20-летию восшествия на престол императора Константина, в Никее, где в то время находился императорский дворец, ибо Константинополь еще не был построен, собираются епископы со всех концов империи, но прежде всего, конечно, из восточных провинций, для того чтобы обрести единомыслие в вопросах, разделявших Церковь. Необходимо было обсудить учение Ария, пресвитера из Александрии, который дерзко противопоставил свое мнение учению своего архиерея – Александрийского епископа – и учению многих других египетских епископов и был соборно осужден, но нашел покровителей, в том числе среди лиц, близких к императору Константину, например, Евсевия, епископа Никомидии, в то время считавшейся столицей Восточной империи. Вокруг Ария создалась достаточно напряженная ситуация противостояния. Но были и другие вопросы, которые предстояло решить на этом совещании. В частности, отношение к безбрачию: требуется ли безбрачие для всех клириков или только для епископов; отношение к способу вычисления даты празднования Пасхи – так называемый вопрос Пасхалии; другие, более частные вопросы.

Собор и светская власть

Император Константин Великий Император Константин Великий

Император Константин своим указом созвал церковный Собор. Явление само по себе очень характерное для начала IV века: тогда по традиции Римская империя была государством во главе с понтификами – римский император воспринимался еще и как духовный лидер римского народа.

Но император Константин очень недвусмысленно отмежевался от всех попыток придать ему статус некоего главы Церкви, некоего главы церковной иерархии, некоего епископа, как в то время говорили, то есть надзирателя над делами Церкви, и сказал, что нет, я – ἐπίσκοπος, то есть надзиратель, только над внешними делами, как император. Вы же, отцы, сами решайте свои вопросы. Я Собор созываю и удаляюсь в число присутствующих.

Собор созывался государством, но был исключительно церковным органом. Однако сам факт государственного созыва придавал ему статус института чрезвычайного

Император уклонился от прямого участия в Соборе, и, несмотря на то, что он присутствовал на некоторых заседаниях и даже высказывал очень важные мнения, голосование на Соборе шло без него, и это очень важный момент: Собор хотя и созывался государством, но действовал исключительно как церковный орган. Эта традиция была впоследствии продолжена на всех Вселенских Соборах. Но сам факт такого их государственного созыва придавал им статус не просто церковных, но государственно-церковных институтов – и институтов чрезвычайных. Ибо в церковной канонической традиции церковный собор предусматривался только на поместных уровнях. На вселенском же уровне соборы могли быть созваны только по желанию государства и только по вопросам, которые считались чрезвычайно важными для всей Церкви. Такими вопросами были, как правило, острые ереси, и именно им были посвящены заседания всех семи Вселенских Соборов. Некоторым исключением является Трулльский Собор, на котором рассматривались вопросы канонической дисциплины, но он примыкает к VI Вселенскому Собору, а заодно и к V, который не рассматривал никаких новых канонов и в церковной традиции, несмотря на то, что имеет статус Вселенского, считается дополнительным; а Трулльский – V–VI Вселенским Собором.

Основная задача Вселенского Собора – решение именно догматических вопросов. Но и канонические вопросы принципиального характера также рассматривались на большинстве Соборов – это то, что называется «Правила Соборов», они составляют основу канонического учения, канонических норм Православной Церкви, включены в книгу Правил, и это то сокровище православной традиции, которое также лежит в основе современной церковной жизни.

Главным вопросом всех Вселенских Соборов было преодоление самых опасных ересей

Итак, главным вопросом всех Вселенских Соборов было преодоление самых опасных ересей. Последней по времени – в VIII–IX веках – стала ересь иконоборческая, оказавшаяся совершенно неожиданной для многих. Борьба с иконами была инициирована императорами, которые ориентировались на ветхозаветные образцы и пытались таким вот образом угодить Богу – через отрицание икон. Это заблуждение было преодолено на VII Вселенском Соборе в 787 году. А в 843 году на Константинопольском соборе иконопочитание было восстановлено, иконоборчество окончательно повержено, и с этого времени соборный период в истории Церкви считается оконченным. Церковь вступила в новый период своей истории, который обычно называется Торжество Православия. И именно как завершение борьбы с ересями празднуется каждый год память Торжества Православия в первое воскресение Великого поста.

В дальнейшем многие соборы созывались как вселенские, но церковное Предание, «плерома» – полнота Церкви в качестве вселенских их не восприняла, и сейчас традиционно Вселенскими считаются только семь Соборов.

Человеческое и Духа Святого

В.Суриков. Второй Вселенский собор В.Суриков. Второй Вселенский собор

Многие соборы, созывавшиеся как вселенские, оказались еретическими сборищами и в церковную историю вошли как лже-соборы. Таков II Эфесский собор 449 года, известный как собор Разбойничий; таков иконоборческий собор середины VIII века. И хотя почти по всем формальным критериям эти соборы как будто бы вселенские, однако же решения, принятые на них, Церковью были не восприняты или же восприняты сначала с настороженностью, а потом и опровергнуты.

Через действие Святого Духа и происходит решение тех или иных вопросов на всех соборах

Так что на вопрос: по каким критериям определить, что Собор является Вселенским? – ответа нет, ибо никаких формальных критериев для этого не существует. Это вообще особенность православного понимания устроения Церкви: православная экклесиология учит, что Церковь – не человеческое устроение; человеческая администрация, конечно, присутствует в Церкви, но Церковь, прежде всего, обитель Духа Святого. И именно через действие Святого Духа и происходит решение тех или иных вопросов на всех соборах, в том числе и на Соборах Вселенских, и какие бы то ни было формальные критерии здесь просто неуместны.

Это иногда вызывает раздражение, иногда вызывает недоумение: как же так? вы не можете решить, какой собор – Вселенский, а какой – нет? Но в этом и состоит глубокая тайна и мистика православной экклесиологии, что это все за пределами человеческого разумения и человеческой власти. Это все то, к чему надо относиться с глубоким благоговением.

Так, по всем формальным критериям соборы IX века вселенские, и в частности собор 879 года – многие и предлагают считать его Вселенским Собором, греческие богословы посвятили этому немало статей и публикаций. Но пока церковное сознание этого не признает, и никакими указами, или рескриптами, или человеческими решениями это невозможно утвердить. Это, кстати, один из способов противостояния соблазнам еретических или канонических искажений и заблуждений в Церкви. И тут одно из основных отличий Православия от католичества, где главным гарантом догматической и канонической чистоты церкви является папа Римский. В Православии же таких гарантов вообще нет, и даже Вселенский Собор нельзя рассматривать в качестве такого гаранта, ибо его решения могут быть приняты только всей полнотой Православия. Это иногда вызывает очень драматичные события – когда собор, объявленный Вселенским, вдруг приходится объявлять лже-собором: страдает очень много людей, происходят волнения, иногда расколы. Но, с другой стороны, Церковь таким образом уберегается от соблазна через формальные институты проводить в ее жизнь решения крайне опасные.

Никто из католиков, например, не сможет сказать, что будет, если папа ex cathedra – с кафедры – объявит нечто еретическое или канонически неприемлемое, ведь он, по догматике Католической церкви, является в любом случае непогрешимым. Папа стоит над собором в католической экклесиологии, и ни один собор не может подвергать сомнению его решения, не то что человек. Православное же отношение к таким вопросам гораздо более мудрое и безопасное, потому что любая ересь, каким бы институтом она ни была утверждена и установлена, не получит никакого основания, если будет отторгнута церковной полнотой, если хранится хотя бы крупица православного сознания. И даже один человек, как мы знаем на примере святителя Афанасия Великого, может противостоять целому собору заблуждающихся во главе с ересиархом. В этом – великий опыт православной традиции, в этом – и великое сокровище, которое всем нам нужно хранить и которое очень важно ценить.

Будет ли VIII Вселенский Собор?

Святитель Фотий Великий Святитель Фотий Великий
Иногда спрашивают: а может ли быть созван VIII Вселенский Собор? С одной стороны, нет никаких препятствий для того, чтобы такой Собор состоялся. И, как я уже говорил, многие считают VIII Вселенским Собором собор, состоявшийся при святителе Фотии в 879–880 годах, на котором окончательно было отвергнуто «филиокве» и состоялось примирение с Римом, тоже, кстати, на этом соборе отвергшим «филиокве», что для нас немаловажно. И вполне возможно, что в будущем создадутся такие условия, когда возникнет потребность в некоем чрезвычайном церковном собрании, которое будет иметь форму Вселенского собрания – Вселенского Собора. Но есть два момента, на которые необходимо обратить внимание.

Во-первых, Вселенский Собор созывается государством – в римской истории это был римский император, потому что решения Собора необходимо проводить в жизнь. Для того, чтобы проводить в жизнь решения Собора, необходимы институты – у Церкви этих институтов нет, она опирается в своей деятельности на власти, потому что Церковь институт духовный, ни полиции, ни армии, ни тюрем у нее быть не может. Если же решения Собора будут осмеяны и попраны, никто их не будет соблюдать, то такой Собор тоже вызывает много вопросов. Поэтому в отсутствие некоего гаранта, который бы обеспечил проведение принятых на Соборе решений, созыв его затруднителен.

И второе: для того, чтобы созывать Собор, нужна очень веская причина. Такой причиной может быть какая-то крупная ересь, но, как учат современные богословы, практически все ереси уже опровергнуты, и все обилие еретических заблуждений, которые мы встречаем в современных сектах, так или иначе может быть сведено к одной из главных ересей, опровергнутых еще святыми отцами.

Если административные вопросы будут решаться на соборе общеправославного уровня, то возникнет соблазн некоего православного папизма

Что же касается каких-то юридических, административных вопросов, то это не те вопросы, которые решаются Вселенскими Соборами. Эти вопросы уместнее решать на совещаниях архиереев, на совместных встречах и т.д. Ибо совместное собрание епископата всей полноты Православной Церкви – это событие чрезвычайного значения, и оно не может быть сведено к формальному институту. Ибо это означало бы, что возникает некая особая единая Церковь, которая претендует на то, чтобы главенствовать над всеми Поместными Церквами, что противоречит православной традиции. Ибо в Православии именно вот это соцветие, созвездие Поместных Церквей образует ту полноту, которая соответствует полноте апостольского служения, когда Господь рассылает в мир апостолов, не ставя никого во главе их и не призывая их подчиняться ему как своему начальнику. Ведь даже первоверховный апостол Петр, который сподобился от Господа особых каких-то знаков внимания, никогда и нигде не числится главою апостолов. И всегда, даже в собственном послании, он обращается к своим сослужителям как равный к равным.

Поэтому каждая Православная Поместная Церковь имеет свои соборы и этими соборами управляется. Если же административные вопросы будут решаться на соборе общеправославного уровня, то здесь возникает соблазн некоего православного папизма, объединения Церквей во главе с неким первоиерархом, для чего в нашей православной экклесиологии нет никаких канонических оснований, и это не соответствует древней традиции Церкви.

Павел Кузенков